О МОРАЛЬНОМ ВРЕДЕ ЮРИДИЧЕСКОМУ ЛИЦУ И ВОЗМОЖНОСТИ ЕГО КОМПЕНСАЦИИ
С. Поповский, директор СООО «Мастер-Фото»
Категория морального вреда появилась в нашем законодательстве сравнительно недавно. В течение (длительного времени считалось, что моральный вред в социалистическом обществе возмещению вообще не подлежит. В обоснование этого приводился проникнутый фарисейством аргумент, который сводился к тому, что личность советского человека находится на столь недосягаемом уровне, что ее никак нельзя оценивать за деньги. Постепенно, однако, в общественном сознании, и в подходе законодателя к решению этого вопроса произошел перелом.
С принятием в 2000 году Гражданского кодекса Приднестровской Молдавской Республики в сферу гражданских правоотношений пришли нормы о моральном вреде и его возмещении. Однако, вопросы компенсации морального вреда по-разному трактуются судами, судебная практика не выработала единого подхода к этой проблеме. Несмотря на предоставленную пунктом 7 статьи 167 ГК ПМР возможность компенсации морального вреда юридическому лицу, вопрос о применении понятия «моральный вред» к юридическому лицу остается неопределенным, а соответственно, остается неопределенным и вопрос его компенсации юридическому лицу.
Конституция Приднестровской Молдавской Республики провозгласила, что права и свободы человека и гражданина определяют смысл, содержание и применение законов (статья 18), а государство гарантирует защиту прав и свобод человека и гражданина (статья 45). В этой связи полагаем, что любая неопределенность в толковании закона должна применяться только в пользу защиты и обеспечения прав и свобод граждан.
В настоящий момент определяющим является мнение, что моральный вред в соответствии со статьей 167 ГК ПМР есть физические и нравственные страдания, а юридическое лицо, являясь по своей сути искусственным образованием, не имеет физического тела и сознания, соответственно, не может претерпевать вышеуказанные страдания. А как следствие, юридическое лицо не вправе требовать компенсации морального вреда.
Данное мнение не является бесспорным. Для объективного и достоверного изложения сути предписаний, содержащихся в статье 167 ГК ПМР, необходимо осознать действительное содержание нормы, включающее грамматическое, систематическое и историко-политическое толкование.
При грамматическом толковании необходимо специально остановиться на выяснении значения отдельных терминов. Трудно сразу найти ответ на вопрос «Да какая же мораль у юридического лица?». Словарь иностранных слов описывает категорию морали как нравственность, совокупность норм и принципов поведения людей по отношению к обществу и другим людям, как одну из форм общественного сознания. Здравый смысл никак не может увязать понятие «моральный вред» и общепринятое определение «морали». Это объяснимо только тем, что категория «моральный вред» — понятие юридическое, а не нравственное. Действительно, существует еще и категория «моральный износ» — понятие экономическое, а не нравственное. Названия «моральный вред», «моральный износ», как устойчивые лексические сочетания стали уже своеобразными правовыми фразеологизмами.
Хотя термин «моральный вред» не совсем удачен, однако, законодатель сформулировал понятие таким образом и с этим понятием приходится работать.
По существу речь идет лишь о допустимости или недопустимости использования термина «моральный вред» в отношении юридического лица. При этом под сомнение ставится лишь возможность компенсировать причиненный вред существующими в настоящий момент правовыми средствами.
С логико-грамматических позиций (и с точки зрения законодательной техники) установим действительный смысл, заложенный законодателем в формулировку п. 1 статьи 167 ГК ПМР: «Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) ...». Следовательно, физические или нравственные страдания это не определение морального вреда вообще, это содержание морального вреда, причиненного именно гражданину. Я бы даже осмелился сказать не содержание, а проявление морального вреда, его признаки у физического лица! Моральный вред вообще может не иметь какого-либо внешнего выражения. Сама же формулировка («Если вред причинен ГРАЖДАНИНУ...») предполагает продолжение: «а в случае причинения морального вреда юридическому лицу...».
Собственно в этом смысле и надо толковать пункт 7 статьи 168 ГК ПМР. В результате распространения сведений, не соответствующих действительности, умалена деловая репутация юридического лица, т.е. причинен моральный — нематериальный, не имеющий физического выражения, — вред.
Недоразумением как раз является не формальное применение п.7 статьи 168 ГК ПМР, а формальное применение статьи 167 ГК ПМР. Следовательно, в Гражданском Кодексе ПМР нет общего определения морального вреда, а в статье 167 ГК описан только ЧАСТНЫЙ случай — для физического лица.
Осуществляя систематическое толкование, уясним содержание статей 167-168 ГК ПМР путем сопоставления его с другими нормами и установления логической связи с ними. Прежде всего, установим связи с нормами, близкими по содержанию.
Основания и размер компенсации морального вреда установлены в статьях 167, 168, 1133, 1134, 1135 ГК ПМР. Ни одна из указанных статей Кодекса не исключает возможности компенсации морального вреда. Мало того, основываясь на общедозволительный характер правового регулирования в Приднестровской Молдавской Республике, можно заключить, что формулировки вышеуказанных статей ГК ПМР не исключают толкования противоположного по смыслу, а именно: закон не исключает нанесение морального вреда юридическим лицам.
Итак, сформулируем тезисно логическую схему рассуждений, подтверждающих возможность компенсации морального вреда юридическому лицу:
Во-первых, под ВРЕДОМ в гражданском праве понимается всякое умаление блага, охраняемого правом, любое ущемление интересов правообладателя, независимо от того, в чем оно выражается. Охраняемое правом благо может быть имущественным или неимущественным. Моральным (неимущественным) является вред, который не имеет экономического, денежного содержания.
Во-вторых, имущественный и неимущественный вред подлежит возмещению по нормам, содержащимся в гл. 60 ГК ПМР (Обязательства вследствие причинения вреда). Статья 1116 ГК ПМР определяет способы возмещения вреда: возмещение вреда в натуре или возмещение причиненных убытков. Очевидно, что данные способы совершенно не подходят для защиты личных неимущественных прав, поскольку последние по своей юридической сущности не могут быть возмещены в натуре и не имеют (и не могут иметь!) денежной оценки. Соответственно для их защиты, исходя из принципа обеспечения восстановления нарушенных прав (статья 1, п.1. статьи 2 ГК ПМР), должны применяться иные инструменты. Таким правовым инструментом и является «компенсация морального вреда». Иски о компенсации морального вреда, как стало очевидным после принятия части второй Гражданского кодекса ПМР, являются разновидностью исков, основанных на обязательствах вследствие причинения вреда.
В-третьих, правовой институт «компенсация морального вреда» возник в гражданском законодательстве по вполне объективным причинам: для защиты личных неимущественных прав граждан необходим надлежащий правовой инструментарий. Этот институт предусматривает компенсацию в денежной форме вреда (п.1. статьи 167 ГК ПМР), причиненного личным неимущественным правам, примерный перечень которых указан в п. 1 статьи 166 ГК ПМР.
Законодатель признает возможность юридических лиц приобретать и осуществлять личные неимущественные права (статья 49 ГК ПМР), в т.ч. и личное неимущественное право на деловую репутацию, поэтому должна признаваться и возможность защиты этих прав в случае их нарушения.
В ином случае возник бы парадокс: право существует, а возможность защиты этого права законодательством не предусмотрена, что противоречит принципу обеспечения восстановления нарушенных прав. Более того, отрицание возможности компенсировать юридическим лицам моральный вред нарушало бы принцип равенства участников правоотношений (п.1 статьи 1 ГК ПМР).
Кроме того, статья 12 ГК ПМР не делает никаких исключений для применения тех или иных способов защиты гражданских прав в зависимости от того, кому эти права принадлежат. Возможность применения конкретного способа защиты гражданских прав зависит исключительно от сущности соответствующего правоотношения.
В-четвертых, компенсация морального вреда выражается в дополнительных, неблагоприятных для виновного лица обязанностях, т.е. является формой гражданско-правовой ответственности. Следовательно, для ее применения должен иметь место состав гражданского правонарушения.
При распространении сведений, порочащих деловую репутацию, элементами правонарушения являются:
- Действия, несоответствующие действительности и нарушающие личные неимущественные права на деловую репутацию (т.е. собственно распространение сведений).
- Последствие этих действий (т.е. вред).
- Причинная связь между действием и последствиями.
- Вина распространителя сведений. Сразу отметим, что на основании статьи 1134 Гражданского кодекса ПМР компенсация морального вреда, причиненного распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию, осуществляется независимо от вины причинителя вреда.
Указанные в статье 167 ГК ПМР физические и нравственные страдания являются, как отмечалось выше, последствиями действий, нарушающими нематериальные права граждан. Закон не называет, но и не исключает возникновение каких-либо последствий аналогичных действий в отношении юридических лиц. Учитывая, что деловая репутация юридического лица является благом нематериальным, то и причиненный вред не всегда непосредственно связан с прямыми убытками юридического лица, наоборот, — этот вред в принципе не может иметь денежного выражения.
Для юридических лиц свойственно участие в рыночных отношениях и именно это обусловливает состязательность, вовлеченность в конкуренцию юридических лиц.
Однако, факторы, которые снижают конкурентоспособность юридических лиц, препятствуют свободной предпринимательской и иной, не запрещенной законом экономической деятельности, гарантированной ст. 36 Конституции Приднестровской Молдавской Республики, тем самым, наносят нематериальный (моральный) вред юридическому лицу. Юридическое лицо является организационно-правовой формой реализации прав и обязанностей коллективного субъекта правоотношений, характеризующегося единством воли и цели.
Если применительно к физическому лицу употребляются категории «нравственных и моральных страданий», «нарушения здоровья» и «нормальных жизненных связей», то у юридического лица нематериальный вред выражается в нарушении совершенно определенных целей, задач, структуры, организационного климата, стратегического планирования, процессов и традиций управления, деловых связей и др. — вот далеко неполный перечень тех «страданий», которые выпадают на долю юридических лиц в результате противоправных деяний.
Так, например, нарушение организационного климата и производственного ритма может подтверждаться увеличением процента увольняемости (отношение уволенных к штатной численности работающих), нарушение деловых связей — разрыв контрактов и др. Анализ правовых конфликтов юридических лиц показывает, что негативные последствия противоправных действий в отношении юридических лиц вовсе не ограничиваются известными и описанными примерами.
Поскольку факт виновных действий — написание и публикация (распространение) недействительных сведений, порочащих деловую репутацию — и наличие самого морального вреда и вредоносного результата публикации — доказаны, то вполне очевидно наличие причинной связи между ними.
Особо хотелось бы отметить, что основным признаком деловой репутации как нематериального блага является его абсолютный характер, накладывающий на всех третьих лиц пассивную обязанность не препятствовать управомо-ченному лицу в осуществлении его права. Действительно, в случае умаления деловой репутации юридического лица — необоснованные утверждения в нарушении им закона или этических норм — возникает презюмированный неимущественный вред — вред, который неизбежно возникает (т.е. не может не возникнуть) у юридического лица, добросовестно осуществляющего свою деятельность в рамках действующего законодательства, уставных целей и задач.
Для полноценной защиты деловой репутации юридического лица недостаточно лишь опровержение сведении и возмещение убытков, поскольку при этом не будет обеспечиваться возмещение всех видов вреда (статья 168 ГК ПМР).
Действующее законодательство и в настоящий момент не препятствует компенсации юридическим лицам вреда, причиненного деловой репутации путем распространения сведений, не соответствующих действительности. Мало того, анализ статей 167, 168 ГК ПМР позволяет сделать вывод о праве организации (юридического лица) требовать компенсации морального вреда. Снова обратим внимание на формулировку пункта 7 статьи 168 ГК ПМР «Правила настоящей статьи о защите деловой репутации гражданина СООТВЕТСТВЕННО применяются к защите деловой репутации юридического лица ...» (отсылочная норма). Грамматический анализ данной статьи, а именно, толково-словообразовательный смысл слова «соответствие», означающего «соотношение между чем-нибудь, выра-жиющее согласованность, равенство в каком-нибудь отношении», дает основания для вывода в необходимости применения таких институтов гражданского законодательства как аналогия права и аналогия закона (статья 6 ГК ПМР). Причем аналогия закона вполне применима, поскольку имеются все три условия ее допустимости:
1) отношения по компенсации морального вреда юридическим лицам не урегулированы законодательством;
2) имеется законодательство, регулирующее сходные отношения — компенсация морального вреда физ.лицам;
3) такое законодательство не противоречит существу отношений, к которым оно применяется по аналогии — защита личных неимущественных благ субъектов гражданских правоотношений. Данные институты должны быть применены в данной ситуации. Даже если не существует прямого указания закона на возможность компенсации морального вреда (неимущественного вреда) юридических лиц, то должны применяться нормы, регулирующие сходные отношения с участием граждан.
В заключение хотелось бы определить понятие «морального вреда» с учетом его применимости к юридическим лицам.
Под моральным вредом понимается противоправное нарушение, умаление или лишение личных неимущественных благ и прав физических и юридических лиц, принадлежащих им от рождения (регистрации) или в силу закона (право на жизнь, здоровье, честь, достоинство, деловую репутацию, неприкосновенность жилища, собственности, частной жизни, личной и семейной тайны, право на пользование именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законодательством об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности и т.п.), повлекшее причинение гражданину нравственных или физических страданий, умаление деловой репутации юридического лица или гражданина, осуществляющего предпринимательскую деятельность без образования юридического лица.
В контексте изложенного, под моральным (неимущественным) вредом юридическому лицу понимаем нарушение его личных неимущественных и имущественных прав, выражающееся в причинении вреда деловой репутации и заключающееся в посягательстве на фирменное наименование, товарный знак, производственную марку, распространении заведомо ложных сведений (дискредитация имени), разглашение коммерческой тайны и т.п.
С историко-политической точки зрения возможность компенсации морального вреда юридическому лицу подтверждена европейским Судом по правам человека в решении от 6 апреля 2000г. по делу «Компания «Комин-герсол С.А.» против Португалии», согласно которому суд не может исключить возможность присуждения коммерческой компании компенсации за нематериальные убытки, которые «могут включать виды требований, являющихся в большей или меньшей степени «объективными» или «субъективными». Как отмечает Суд, среди них надо брать во внимание репутацию компании, неопределенность в планировании решений, препятствия в планировании решений, препятствия в управлении компанией (для которых не существует четкого метода подсчета) и, наконец, хотя и в меньшей степени, беспокойства и неудобства, причиненные членам руководства компании.
