ПРОБЛЕМА ПРИВЛЕЧЕНИЯ К УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ И УГОЛОВНОМУ НАКАЗАНИЮ ЛИЦ, ОСУЩЕСТВЛЯЮЩИХ ОПЕРАТИВНО-РОЗЫСКНУЮ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ПРИ ВЫПОЛНЕНИИ СПЕЦИАЛЬНОГО ЗАДАНИЯ
Т.В.Степаненко
во время написания статьи занимала должность заместителя начальника отдела Комитета Верховного Совета ПМР по правоохранительным органам,
безопасности, обороне, борьбе с коррупцией, защите прав и свобод граждан, миротворческой деятельности
В действующем законодательстве Приднестровской Молдавской Республики ответ на вопрос стоит ли привлекать к уголовной ответственности и наказывать лиц, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность или сотрудничающих с органом, осуществляющим ОРД, совершивших преступное деяние при выполнении служебных обязанностей (или при оказании конфиденциального содействия) еще не найден. Однако депутаты Верховного Совета Приднестровской Молдавской Республики уже пытаются определиться по данной проблематике на законодательном уровне.
В настоящее время на рассмотрении Верховного Совета ПМР находится проект закона ПМР «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс ПМР». Он предлагает освобождать от отбывания наказания должностных лиц органа, осуществляющего ОРД, включая штатных негласных сотрудников и лиц, сотрудничающих с органом, осуществляющим ОРД, которые во время выполнения специального задания в преступном сообществе вынужденно совершили противоправное деяние.
Проектом закона также закрепляется возможность назначения наказания ниже низшего предела, установленного статьей Особенной части Уголовного кодекса для лиц, привлеченных к сотрудничеству с органом, осуществляющим ОРД на конфиденциальной основе при совершении ими преступления во время нахождения в преступной группировке. Между тем, применение указанных гарантий к рассматриваемой категории лиц является невозможным в случае, когда совершенное ими преступление будет относится к категории преступлений против жизни или половой неприкосновенности.
Такое исключение из устанавливаемых законодателями гарантий защиты сотрудников ОРД представляется оправданным ввиду того, что жизнь и половая неприкосновенность человека являются наивысшими ценностями, посягательство на которые не допускается ни при каких обстоятельствах.
Таким образом, если совокупно определить идею законопроекта, то она состоит в том, чтобы освобождать оперативных сотрудников и лиц, привлекающих к осуществлению ОРД лишь от уголовного наказания, в то время как ряд других стран (Казахстан, Беларусь, Украина, Эстония, Литва и др.) считают что если причинение вреда при выполнении специального задания было вынужденным, то освобождать необходимо от уголовной ответственности. (Разумеется, вопрос о том, является ли причинение того или иного вреда вынужденным - это вопрос факта и он должен решаться в каждом конкретном случае исходя из конкретных обстоятельств).
Получается, что законопроектом изначально вменяется в вину тот вред, который был причинен оперативным сотрудником при выполнении им служебного долга, не признавая, что противоправное деяние и причиненный в связи с этим вред совершается для достижения общеполезных целей, в связи с выполнением служебного или общественного долга лицами специально на то уполномоченными законом. Кроме этого, выполняя действия, объективно причиняющие определенный вред общественным отношениям, охраняемым законом, участники ОРМ руководствуются мотивами и целями, прямо противоположными тем, из которых исходят преступники. Вследствие этого, в соответствии с принципом субъективного вменения правовая оценка действий одних и других должна быть различной.
Таким образом, положительная мотивация и преследование общественно полезных целей, исключают субъективную сторону преступления. А это означает, что преступление, совершенное при выполнении специального задания должно быть отнесено к обстоятельствам, исключающим преступность деяния.
Если обратиться к уголовному законодательству Украины, то в числе обстоятельств, исключающих преступность деяния предусмотрено такое, которое оправдывает причинение вреда правоохраняемым интересам при «выполнении специального задания по предупреждению или раскрытию преступной деятельности организованной группы или преступной организации» (ст. 43 УК Украины), или более того — «при осуществлении оперативно-розыскных мероприятий» (ст. 34.1 УК Республики Казахстан), и даже в связи с «пребыванием среди соучастников» (ст. 38 УК Республики Беларусь).
Еще дальше пошел эстонский законодатель: «Не является преступлением действие, хотя и подпадающее под признаки деяния, предусмотренного настоящим Кодексом, но направленное на выявление преступления или личности преступника и совершенное лицом, уполномоченным компетентным государственным органом имитировать преступление» (ст. 13.2 УК). Подобное обстоятельство предусмотрено и в УК Литовской Республики (ст. 32 «Исполнение задания правоохранительной инстанции»). Без каких-либо оговорок в отношении категории выявляемых преступлений.
Как же относиться к такой законодательной практике и насколько она актуальна для приднестровской действительности в борьбе с преступностью?
Во-первых, реальность такова, что в борьбе с некоторыми видами преступлений, особенно в их организованных формах, внедрение в преступную среду оперативных сотрудников или лиц, конфиденциально содействующих правоохранительным органам, выступает неотъемлемым элементом такой борьбы. Совершенно очевидно и то, что в современных условиях такого рода внедрение сопровождается не только информированием названными лицами соответствующих органов о преступной деятельности, но и порой имитацией преступлений либо даже непосредственным участием в их совершении.
Во-вторых, не подлежит сомнению, что недопустимо бороться с нарушениями уголовного закона, включая процедуру его применения. С этой точки зрения явно недостаточной является нормативно-правовая база для оправдания причиненного вреда в процессе осуществления оперативно-розыскной деятельности в виде Закона ПМР от 1 апреля 2008 года № 436-3-IV САЗ (08-13) «Об оперативно-розыскной деятельности». В п. 4 ст. 16 этого Закона оговаривается лишь допущение «вынужденного причинения вреда охраняемым законным интересам». При этом отсутствуют указания на возможную степень тяжести и ситуации причинения вреда, при которых он оправдан. А это уже сфера правового регулирования уголовного законодательства. Поэтому необходимость легализации в Уголовном кодексе ПМР такого деяния, как причинение вреда при выполнении специального задания, очевидна.
Прав В. Орехов в том, что дать исчерпывающий перечень преступлений, раскрытие которых может сопровождаться правомерным причинением вреда правоохраняемым интересам, равно как и скрупулезно детализировать соответствующие требования к его причинению, вряд ли возможно, да и не нужно См.: Орехов В.В. Необходима оборона и иные обстоятельства, исключающие преступность деяния. СПб., 2003. С. 165-171.. Если, конечно, не превращать уголовный закон в его комментарий.
В орбиту уголовно-правового регулирования рассматриваемое деяние должно попадать лишь в части, касающейся причинения вреда не любым, а лишь охраняемым уголовным законом интересам. В этой связи можно назвать три основных параметра допустимости такого вреда и признания его правомерным. Необходимо в силу вынужденного характера причинения вреда охраняемым уголовным законом интересам ограничить сферу его причинения: 1) только целями предупреждения совершения новых преступлений (а не каких-либо иных правонарушений), выявления и раскрытия уже совершенных преступлений; 2) достижением названных целей только применительно к групповой преступности (преступлениям, совершаемым группой лиц) и лишь в таких ее формах как - организованной группе, преступной организации и преступном сообществе; 3) недопустимостью совершения при этом особо тяжкого или тяжкого преступления против жизни и здоровья человека.
На основании изложенного представляется целесообразным предусмотреть в Уголовном кодексе ПМР статью следующего содержания:
«Статья 41-1. Причинение вреда при выполнении специального задания
«1. Не является преступлением вынужденное причинение вреда охраняемым уголовным законом интересам должностным лицом органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, включая штатных негласных сотрудников указанного органа, выполняющим в соответствии с действующим законодательством специальное задание, принимающим участие в организованной группе, преступной организации или преступном сообществе в целях раскрытия особо тяжких преступлений, защите жизни или здоровья человека, конституционных прав и законных интересов
человека и гражданина, а также обеспечения безопасности общества и государства от преступных посягательств, за исключением совершения преступления против жизни и половой неприкосновенности.
2. Лицо, совершившее тяжкое или особо тяжкое преступление против жизни и здоровья человека при выполнении специального задания для достижения целей, указанных в пункте 1 настоящей статьи, подлежит уголовной ответственности на общих основаниях, однако ему не может быть назначено наказание в виде пожизненного лишения свободы, а наказание в виде лишения свободы не может превышать половины срока, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части настоящего Кодекса».
Кроме того, на случай нарушения общих условий правомерности причинения вреда при выполнении специального задания необходимо внести соответствующее дополнение в п. ж) пункта 1 статьи 60 УК ПМР.
